Инструменты пользователя

Инструменты сайта


examination:philosophy:question34

Вопрос №34. Русский религиозно-философский ренессанс рубежа XIX - начала XX .

Значительную роль и влияние в развитии мировой философии на рубеже XIX - XX в.в. оказали работы выдающихся русских философов В. Розанова, Д. Мережковского, Н. Бердяева, Вл. Соловьева, С. Булгакова и др. Русской религиозной философии XX века современные философы отводят совершенно уникальную роль, что обусловлено несколькими причинами. Во-первых, в рамках этой философии ими были подведены мировоззренческие итоги многовековой истории развития России. Во-вторых, религиозная философия этого периода явилась последним ответом на происходящий исторический разлом Российской империи. В-третьих, философия в России начала века формировалась в борьбе с большевистской идеологией и потому пальма первенства в этом, несомненно, принадлежит наиболее достойным ее представителям. Волею исторических событий большая часть русских философов была вынуждена эмигрировать, но не все ее главные представители стали идеологами эмиграции и ее активными философами. Взгляды Бердяева, Булгакова и Шестова именно в эмиграции приобрели свое окончательное завершение.

Преодоление кризиса, в котором оказались философ­ский теизм и славянофильство, стало главным делом религиозного философа Вл. Соловьева. Его система яви­лась новым этапом в эволюции религиозной философии, последователи которой попытались сделать ее идеологи­чески активной уже в начале столетия. В основе деятель­ности Соловьева лежали следующие кардинальные устре­мления: осуществить под знаком «всеединства» «гармо­нический синтез религии, науки и философии»; объединить рациональный, эмпирический и мистический виды позна­ния; представить историю как процесс «богочеловеческий»; указать пути социального обновления и активизации. Обоснование Соловьевым историософских конструкций с позиций религиозного объективного идеализма сочеталось с либеральным характером его общественно-политических взглядов. Вл. Соловьев, мо­дернизировавший традиционную проблематику русской идеалистической философии, при жизни не был попу­лярен среди русской интеллигенции.

Русская религиозная философия XX в. формирова­лась не только в тесной связи с прежними религиозно-идеалистическими течениями в России, в интенсивном общении с современными ей отечественными школами идеализма, но также пыталась опереться на достижения многовековой идеалистической традиции европейской мысли, используя идеи Платона и патристики, немецкого классического идеализма, Шопенгауэра, Ницше, Джемса, неокантианства и феноменологии. В XX в. русский рели­гиозный идеализм дорос до лидирующих школ новей­шего идеализма Германии, Англии, Франции, США и других стран Запада, а в чем-то и перерос их, предло­жив общественному сознанию различные варианты экзи­стенциализма (Шестов, Бердяев), философии всеедин­ства (Булгаков, Флоренский, Франк), пансексуализма (Розанов), многочисленные версии религиозного модернизма, «социального» христианства . Глубина и резкость поворотов истории, невиданное ускорение темпов исторической жизни, безусловно, содей­ствовали особенно интенсивному стремлению осмыслить на фоне крушения одной и начала другой эпохи небывалость и «талантливость» времени. Было бы ошибкой считать, что достижения русской религиозной филосо­фии XX в. не имеют, хотя бы в какой-то степени, прогрес­сивное и конструктивное значение.

_Русский космизм_(2 представителя на выбор)

* БЕРДЯЕВ Николай Алексан­дрович (1874—1948) — религи­озный философ и публицист. Родился в Киеве 6 марта 1874 г. Б. — отпрыск старинно­го дворянского рода. Б. говорил об «антиномичности» России: это самая анархичная, самая безгосудар­ственная страна и одновремен­но самая бюрократическая, обо­жествляющая государство и его носителей; русские — самый «всемирноотзывчивый», нешо­винистический народ и однов­ременно именно у русских ди­кие проявления национальной ограниченности. Наконец,— свобода духа; русские вольно­любивы и чужды мещанской ограниченности, и вместе с тем Россия — «страна неслыханно­го сервилизма». Загадочную антиномичность России можно проследить и во множестве дру­гих аспектов, всюду сплошные тезисы и антитезисы. Конечно, и в других странах можно найти все эти противоположности, но только в России тезис оборачи­вается антитезисом, крайности переходят друг в друга. И еще одно обстоятельство: устрем­ленность к крайнему, предель­ному. Б. мыслит национальны­ми категориями: национальное единство, по его мнению, глуб­же, прочнее единства партий, классов и всех других преходя­щих исторических образований. Национальность мистична, та­инственна, иррациональна, как и всякое индивидуальное бы­тие. А индивидуальность, лич­ность для Б. главное. Мировая война, потрясшая человечество, по мнению Б., показала тщетность и бессмысленность всех попы­ток насильственного социаль­ного переустройства. Как не пе­рекраивай человеческий мура­вейник он муравейником и ос­танется. Между тем у человека есть более высокое предначер­тание: творческий труд, расши­ренный до космического разма­ха, имеющий мировые перспек­тивы.

* БУЛГАКОВ Сергей Никола­евич (1871—1944) — философ, экономист, публицист, богос­лов, представитель религиозно­го Ренессанса в России начала XX века. Родился 16 июля 1871 г. в городе Ливны Орловс­кой губернии. Существенные причины, пов­лиявшие на обращение Б. к ре­лигиозной вере и идеализму: значительное духовное воздей­ствие творчества Ф. М. Досто­евского и Вл. С. Соловьева, личное общение с Л. Н. Толс­тым, «чудесная встреча» с «Сик­стинской Мадонной», пережи­тая им в Дрездене. Поворот от марксизма к идеализму означал новую эпоху в жизни Б. — он сознательно и всецело переходит на позиции религиозного миропонимания. События Февральской и Октябрьской революций вызвали у философа тревожные предчувствия лич­ной судьбы, «Страшного Суда раньше смерти», «истления за­живо», которыми он делится с В. В. Розановым в письме от 12 декабря 1917 г. В этот сложный для себя период Б. принимает решение стать священником, решение, которое он вынаши­вал по крайней мере десятиле­тие. Этому способствовало ус­транение серьезного для него препятствия — союза правосла­вия с самодержавием. 11 июня 1918 года в Даниловом монас­тыре состоялось рукоположе­ние Булгакова в дьяконы, а че­рез две недели — в храме клад­бища Св. Духа — в иереи. Б. стано­вится отцом Сергием — так он отныне пожелал быть именуе­мым. За принятие священства Б. исключается из числа про­фессоров университета, уезжа­ет в Крым, где в это время находилась его семья, стано­вится профессором политэко­номии и богословия в Симфе­ропольском университете. Здесь он пишет работы «Трагедия фи­лософии» и «Философия име­ни». По существу, с этого вре­мени начинается богословский период творчества мыслителя. Им создается це­лый ряд богословских сочине­ний — «Святые Петр и Иоанн»(1927), «Купина неопалимая»(1928), «Друг жениха» (1928), «Лествица Иаковля» (1929), «Икона и иконопочитание» (1931), большая трилогия «О богочеловечестве», куда вошли «Агнец Божий» (1933), «Утеши­тель» (1936) и «Невеста Агнца» (1938), и др. В этих работах видное место принадлежало учению о Софии, Премудрости Божией. Именно это учение Б. вызвало обвинение его в ереси, которое было предъявлено, поч­ти одновременно, как со сторо­ны Московской патриархии — митрополитом московским Сер­гием, так и зарубежной Правос­лавной церковью, епископами из состава карловацкого собо­ра. Б. в своих докладах по пово­ду обоих обвинений выразил протест против именования сво­их взглядов ересью. Свободу бо-гословствования он считал од­ним из преимуществ правосла­вия и сожалел о непонимании этого. В годы эмиграции Б. много сил и времени отдал раз­витию экуменичегого движения, сближению православия с дру­гими христианскими вероуче­ниями, принимал участие в Рус­ском христианском студенче­ском движении. В 1934 и 1936гг. он совершает поездки в США, где читает циклы лекций в Нью-Йорке, Чикаго, Бостоне и дру­гих городах, произносит пропо­веди в епископальных (англи­канских) храмах. Отличавший­ся неустанной богословской и общественной деятельностью, о. Сергий, однако, никогда не имел собственного храма, а всегда или «сослужил» архиереям или настоятелям, или имел лишь случайные службы.

* ФРАНК Семён Лю́двигович (16 (28) января, 1877, Москва — 10 декабря 1950, Лондон) — крупный русский философ, религиозный мыслитель и психолог. Участник сборников «Проблемы идеализма» (1902), «Вехи» (1909) и «Из глубины» (1918). Стремился к синтезу рациональной мысли и религиозной веры в традициях апофатической философии и христианского платонизма, в частности под влиянием Николая Кузанского и Владимира Соловьёва (особенно концепции положительного всеединства).Подобно своим предшественникам, Сергею Трубецкому и Соловьеву, Франк подчеркивал, что человеческие сознания, человеческие «я» не отрезаны друг от друга. Реальное познание, реальное бытие возможны лишь тогда, когда между людьми возникает контакт, возникает единство. Мы живем не на изолированных островах, а на едином материке. И вот этот-то материк, который объединяет всех нас, и есть последний и подлинный предмет познания. Человек познает не только отражение своих собственных чувств, а познает некий субстрат, глубину. Позднее немецкий философ Пауль Тиллих писал, что Бог — это не небо над нами, а глубина бытия. Однако первым это сказал Франк. В 1917 Франк выпускает книгу «Душа человека», которая потом не раз выходила на иностранных языках. Франка переводили на многие языки, включая японский, чешский, польский; немецкий, английский — естественно, он и сам писал книги на этих языках. В этой книге блестяще анализируется вопрос о единстве духовной жизни, которую нельзя разрезать, нельзя разделить. Это единство касается не только нашего «я», но и того поля, в котором находятся те «я», к которым мы обращены. То есть «я», потом «мы» и, наконец, некий таинственный субстрат, который и есть непостижимое.

examination/philosophy/question34.txt · Последние изменения: 2014/01/15 08:23 (внешнее изменение)