Инструменты пользователя

Инструменты сайта


examination:history:question24

Вопрос №24. Причины и сущность “эпохи дворцовых переворотов” (1725-1762 гг.). Социально-политические изменения в России в сер. XVIII в

1

После смерти Петра I стал вопрос о престолонаследии. Из претендентов на трон по мужской линии был лишь один внук Петра I, сын царевича Алексея - Петр Алексеевич (будущий Петр II). По женской линии наибольшие шансы имела последняя супруга Петра - Екатерина. Екатерину поддерживали: Меншиков, Ягужинский, Толстой, Макаров, Прокопович, Бутурлин. Внука Петра поддерживали: Голицины, Долгорукие, Шереметьев, Репнин. При поддержке гвардии на престоль взошла Екатерина. Неограниченное влияние на императрицу оказывал Меншиков. Он стал фактическим правителем России.

1726 г. – создание Верховного тайного совета. Сенат и коллегии ставились подь надзор этого органа.

В мае 1727 г. умерла Екатерина I. Ее преемником стал 12-летний царевич Петр. Но страной по прежнему фактически правил Меншиков. Меншиков расчитывал выдать свою дочь Марию замуж за Петра II. Но во время болезни Меншикова князья Долгоруковы восстановили Петра II против него.Он был сослан в сибирский город Березов,где и умер.

После смерти Петра II(1730)- было решено пригласить племянницу Петра I- Анну Ивановну(1730-1740). В сущности, императрица превращалась в марионетку верховников. Однако их затея провалилась. Анна восстановила самодержавие. Началась печально известная «бироновщина». Дворяне были недовольны этим режимом.

1740 г.-Анна умерла. Наследник-Иван IV Антонович, а регентом при нем стал Бирон. Бирон правил всего 22 дня. Он был свергнут Минихом. В ноябре 1741 г. гвардейцы-заговорщики возвели на престол дочь Петра I-Елизавету. Все дела она передоверила министрам и фаворитам-А.Г. Разумовскому и И.И. Шувалову.

Наследником царицы стал ее племянник Петр III Федорович. В июне 1762 г. Петр III был свергнут, на престол возведена его жена-будущая Екатерина Великая(1762-1796).


Период, который начинается после смерти Петра I в 1725 г. и длится вплоть до 1762 г., т.е. до воцарения Екатерины II, традиционно называется в историографии «эпохой дворцовых переворотов». Высказывались сомнения в целесообразности применения такого понятия (С.М.Троицкий), но вряд ли стоит ломать традицию. Ведь, действительно, в стране за 37 лет сменилось 6 императоров, причем, четверо оказались на престоле в результате переворотов. Смены царствующих особ сопровождались ожесточенной борьбой между различными группировками придворной знати. Разобраться в этом калейдоскопе очень непросто.

Но прежде чем переходить к характеристике самих событий, нужно уметь их оценивать в целом. Еще дореволюционный историк В.А.Мякотин разработал концепцию этого периода. Суть ее сводилась к тому, что

  • широкие народные массы в дворцовых переворотах участия не принимали;
  • в это время происходило неуклонное усиление экономической и политической роли дворянства;
  • причины переворотов и проистекали из укрепившихся позиций дворян.

Пережив экстремизм социал-демократической историографии пред- и послереволюционных лет, эта концепция в несколько видоизмененном виде вошла и в советскую историческую литературу.

Непосредственным же поводом для дворцовых переворотов послужило то, что Устав о престолонаследии 1722 г. передавал вопрос о преемнике престола на рассмотрение «правительствующего государя». Но Петр так и не оставил себе наследника. С 1725 по 1727 г. правила «походная жена» Петра - Екатерина I, возведенная на престол «новой» знатью - теми «птенцами гнезда Петрова», которые его волей были вознесены к высотам политической карьеры и богатства. Большую роль в ее возведении сыграла новая сила, которая впервые появилась на авансцене русской истории - гвардия, преображенцы и семеновцы - наследники потешных времен Петра. При возведении на престол Екатерины пришлось преодолевать сопротивление старой родовитой знати - Голицыных и Долгоруких. Результатом своеобразного компромисса между группировками знати стал Верховный Тайный Совет, созданный в 1720 г. Сенат и коллегии ставились под надзор этого органа. Бесславное правление Екатерины было, впрочем, недолгим. После ее смерти на русском престоле оказался Петр II - сын казненного Петром царевича Алексея. «Старой» знати удалось одержать верх в борьбе, и признанный глава «новой» знати Александр Данилович Меншиков оказался в ссылке. Князья - Долгорукие и Голицыны хотели укрепить свое положение и женить Петра на княжне Долгорукой, но тут вмешался его величество случай. Петр II простудился на охоте, заболел и умер. И вновь подолгу заседает Верховный Тайный Совет, решает, кому быть на престоле в России. Решили возвести на престол дочь брата Петра I герцогиню курляндскую Анну. Вместе с посольством ей были направлены так называемые «Кондиции», которыми «верховники» хотели ограничить в свою пользу всевластие императорской власти. Но ситуация не благоприятствовала замыслам «верховников». В Москве в ту пору собралось большое количество провинциального дворянства, приглашенного на предполагавшуюся свадьбу Петра.

Дворянство, вдохновленное своими идеологами - Ф.Прокоповичем, В.Татищевым, выступило против «затейки» верховников. Когда Анна Иоановна подъезжала к Москве, она поняла ситуацию. Приехав в Москву и отобедав, разорвала «Кондиции». Замечательный русский историк В.О.Ключевский со свойственным ему блеском сумел выразить все эти события в одном афоризме: «Так кончилась десятидневная конституционно-аристократическая русская монархия XVIII в., сооруженная 4-недельным временным правлением Верховного Тайного Совета».

Началась печально известная «бироновщина». Господствующее положение при дворе заняли иностранцы. Первое место принадлежало Биропу, который официально был только обер-камергером императрицы) но фактически сосредоточил в своих руках все рычаги власти, На ход внешней политики оказывал большое влияние немец Остерман, а во главе русской армии стоял Миних. При дворе процветало взяточничество и казнокрадство. Характерной чертой двора Анны Иоановны была безумная роскошь. На содержание двора тратилась огромная по тому времени сумма - 3 млн руб. золотом, в то время как на содержание Академии Наук, учрежденной в 1725 г., и Адмиралтейской академии - 47 тыс. руб., а на борьбу с эпидемиями всего 16 тыс. руб.

Стремясь привлечь на свою сторону дворянство, правительство провело ряд мер, которые имели ярко выраженный продворянский характер. Был отменен указ о единонаследии. 29 июля 1731 г. вышел указ об учреждении кадетского корпуса, чем создавалась возможность для «благородного» дворянииа стать офицером сразу, минуя тяжелую солдатскую службу. И все-таки многие дворяне были недовольны режимом, который установился в стране. Многих возмущало то, что Анна, упразднив при своем царствовании Верховный Тайный Совет, не восстановила в прежнем значении Сенат, а создала в 1731 г. новый высший государственный орган - Кабинет. Он состоял из трех кабинет-министров. Возникают подлинные, а может быть и придуманные самим правительством заговоры, с которыми правительство жестоко расправлялось. В 1736 г. с конфискацией всего имущества был заточен в Шлиссельбург князь Д.М.Голицын. В 1739 г. в Новгороде были казнены четверо Долгоруких. В 1740 г. были казнены Артемий Волынский и его сподвижники.

В октябре 1740 г. Анна умерла. На русском престоле оказался грудной ребенок, родившийся от брака племянницы императрицы Анны Леопольдовны Мекленбургской с герцогом Брауншвейгским. За спинами «брауншвейгской фамилии» маячила фигура могущественного регента Бирона. Но Бирон правил всего 22 дня. Он был свергнут Минихом, который произвел самый «дворцовый» из всех дворцовых переворотов. Ночью его адъютант арестовал Бирона и отправил в Петропавловскую крепость. Но и Миних не мог удержать ставшую такой скользкой власть. Путем тонкой интриги его отправил в отставку Остерман. Около года власть была у Остермана, а официально правила Анна Леопольдовна. В это время зрел новый переворот. Возглавила его дочь Петра I - Елизавета. Этот переворот имел ряд особенностей. Как показал Е.В.Анисимов, это был один из самых «демократических» переворотов, так как в его подготовке активное участие принимали низы Гвардии. Правда, это связано не только с позицией Елизаветы, привлекавшей гвардейцев, но и с предшествующей политикой Бирона, который пытался ослабить гвардию, «размывая» ее выходцами из низов. Другая особенность заговора Елизаветы - активное участие в его подготовке французского и шведского посланников. Их участие тоже понятно. Россия все больше становилась одним из важнейших факторов международных отношении в Европе и от того, на чьей стороне окажется новое российское правительство, зависело многое. Надо отдать должное Елизавете: используя помощь иностранных представителей, она вела себя с ними весьма осторожно и не давала серьезных обещаний.

В ноябре 1741 г. переворот состоялся. Елизавета, при поддержке роты гренадеров Преображенского полка, явилась во дворец. «Брауншвейгское семейство» было арестовано и отправлено в ссылку. Внутренняя политика Елизаветы подразделяется историками на два периода. Первый приходится на 40-е, а второй - на 50-е годы. Начало правления Елизаветы, проходившее под лозунгами возврата к политике отца, характеризуется стремлением пересмотреть и отменить все то, что было сделано после смерти Петра. Кабинет министров был уничтожен, а Сенат восстановлен в своем прежнем значении. Были восстановлены коллегии и городовые магистраты. Все иностранцы, окружавшие Анну Леопольдовну, были разосланы. Реформы, предпринятые в основном во второй период царствования Елизаветы, носили продворянский характер. Связаны они с именами П.И. и И.И.Шуваловых. Среди этих реформ надо отметить отмену внутренних таможен, что создавало значительные преимущества для дворянской торговли; создание Медного банка, который предоставлял дворянам-предпринимателям ссуды под выгодные проценты и ряд других мер. Дворяне получили монопольное право душевладения и землевладения. Естественно, что оборотной стороной всех этих мероприятий было усиление эксплуатации крепостного крестьянства. Именно в правление Елизаветы в общественном сознании складывается то представление, которое наложило страшную печать на морально-этическое состояние русского общества в XVIII, да и в XIX столетии, то, против чего боролись декабристы и другие представители революционной и либерально-демократической мысли, лучшие из дворян и интеллигенции - представление о прирожденном праве дворян не только на рабочую силу, но из самую личность крепостных крестьян. Именно в это время развернулись «деятельность» пресловутой Салтычихи, загубившей не менее ста душ. Под этим тяжелейшим гнетом зрели ростки народного гнева, которые позже взрастут буйной порослью крестьянских восстаний.

Что представляла собой внешняя политика России после смерти Петра? Наиболее враждебную позицию по отношению к России заняла Франция, которая старалась создать враждебный России барьер из трех государств: Швеции, Речи Посполитой и Турции. В этой ситуации Россия в 1726 г. заключила договор об оборонительном союзе с Австрией. В 1733 г. польским королем был избран ставленник Швеции - Станислав Лещинский. Россия ввела свои войска в Польшу. Миних осадил Гданьск, которому пытались помочь французы. В 1735 г. война закончилась признанием польской правящей верхушкой русского кандидата на польский престол в лице Августа III (1733-1763).

В том же году началась война с Турцией, противоречия с которой были давними и непримиримыми. Война началась неудачным походом генерала Леонтьева в Крым. Походы туда продолжались и в 1736-1737 гг., пока не удалось прорваться через Перекоп. Были взяты Бахчисарай и ряд других пунктов в Крыму. Вскоре эта война, которая велась Россией в союзе с Австрией, перекинулась на границы Подолии и Бессарабии. Войсками командовал фельдмаршал Миних. В 1739 г. русские войска разбили при Ставучанах турецкую армию и взяли крепость Хотин. Но Австрия, которая вела двойную игру, пошла на переговоры и заключила сепаратный мир с Турцией в Белграде, - Россия вынуждена была присоединиться к этому миру. Берега Черного моря остались в руках турок.

При Анне Леопольдовне началась борьба со Швецией, которая закончилась выгодным для России миром в городе Або. По этому миру Россия получила часть Финляндии. Однако важнейшим фактором международной жизни в Европе становится усиление Пруссии. В 40-е годы русское дипломатическое ведомство во главе с канцлером А.П.Бестужевым-Рюминым стремится цепью сложных усилий укрепить внешнеполитическое значение России путем рдсширения союзных связей с государствами, находившимися во враждебных отношениях с Пруссией. Наметилось сближение с Австрией и Англией.
Однако изменившееся соотношение сил между союзными державами в середине XVIII в. привело к неожиданным перегруппировкам между ними. В январе 1756 г. в Лондоне было подписано Вестминстерское соглашение между Англией и Пруссией. Параллельно происходило сближение Франции и Австрии, приведшее к заключению в мае 1756 г. Версальского договора. Из такого расклада сил и интересов в Европе и родилась «странная» для России Семилетняя война (1756-1762). 30 августа 1757 г. у д. Гросс-Егерсдорф русская армия под командованием Апраксина наносит серьезное поражение прусской армии. Но затем начинается, на первый взгляд, необъяснимое. Вместо того чтобы развивать успех, Апраксин ведет себя крайне нерешительно. Елизавета назначает нового командующего - Фермора. В августе 1758 г. при Цорндорфе разыгралось второе крупное сражение войны. Это сражение закончилось вничью. Фермор также потерял свой пост. 1 августа 1759 г. у д. Кунерсдорф, близ Франкфурта-на-Одере прусские войска были наголову разбиты русскими под командованием Салтыкова - последнего в этой войне и самого талантливого полководца. В 1760 г. русский корпус вступил на улицы Берлина. В декабре 1761 г. генералу П.А.Румянцеву удалось взять хорошо укрепленную крепость Кольберг. Следует иметь в виду, что все загадки этой войны разрешаются, если учесть раскладку сил при дворе. Елизавета готова была вести войну до победного конца или, как она сама говорила, до той поры, когда ей придется продать свое последнее платье.

Но был еще «молодой» двор Петра Федоровича, который был известен своими пруссофильскими настроениями. Естественно, что все главнокомандующие русской армии, в основном - опытные политики, внимательно следили за тем, что делалось в Петербурге. Отсюда и их нерешительность. Война чуть было не завершилась трагикомедией. После смерти Елизаветы Петровны Петр заключает с Пруссией сепаратный мир. По этому, договору 1762 г. все занятые русской армией территории были возвращены Пруссии, а русская армия чуть было не была отправлена в поход на союзную России Данию, с которой у Петра были личные счеты.

Петр III - сын дочери Петра I Анны, которая была замужем за голштинским герцогом Карлом-Фридрихом, был привезен в Россию в 1742 г. как наследник Елизаветы. Поддержки в России он не имел. А попытка развязать войну с Данией, бессмысленность которой хорошо осознавалась в самых различных кругах, популярности ему не прибавила. Не способствовало росту этой популярности и то, что он стал изменять состав гвардии за счет офицеров-голштинцев.

Душой нового дворцового переворота стала жена Петра III - Екатерина Алексеевна. В ночь на 28 июня 1762 г. Екатерина была привезена из Петергофа, где она находилась летом, в Петербург. В тот же день Сенат провозгласил ее императрицей и объявил низложенным Петра III. Последний был заключен в небольшом имении Ропша под Ораниенбаумом и вскоре убит.Эпоха дворцовых переворотов окончилась.

2

Причины дворцовых переворотов

Противоречия между различными дворянскими группировками по отношению к петровскому наследию. Было бы упрощением считать, что раскол произошел по линии принятия и непринятия реформ. И так называемое «новое дворянство», выдвинувшееся в годы Петра благодаря своему служебному рвению, и аристократическая партия пытались смягчить курс реформ, надеялись в той или иной форме дать передышку обществу, а в первую очередь, - себе. Но каждая из этих групп отстаивала свои узкосословные интересы и привилегии, что и создавало питательную почву для внутриполитической борьбы.

Острая борьба различных группировок за власть, сводившаяся чаще всего к выдвижению и поддержке того или иного кандидата на престол.

Активная позиция гвардии, которую Петр воспитал как привилегированную «опору» самодержавия, взявшую на себя, к тому же, право контроля за соответствием личности и политики монарха тому наследию, которое оставил ее «возлюбленный император».

Пассивность народных масс, абсолютно далеких от политической жизни столицы.

Обострение проблемы престолонаследия в связи с принятием Указа 1722 г., сломавшего традиционный механизм передачи власти.

Духовная атмосфера, складывающаяся в результате раскрепощения дворянского сознания от традиционных норм поведения и морали, подталкивала к активной, зачастую беспринципной политической деятельности, вселяла надежду в удачу и «всесильный случай», открывающий дорогу к власти и богатству.

С легкой руки В. О. Ключевскогомногие историки оценивали 1720 - 1750-е гг. как время ослабления русского абсолютизма. Н.Я. Эйдельман вообще рассматривал дворцовые перевороты как своеобразную реакцию дворянства на резкое усиление самостоятельности государства при Петре I, как исторический опыт показал, - пишет он, имея в виду «необузданность» петровского абсолютизма, - что такое громадное сосредоточение власти опасно и для ее носителя, и для самого правящего класса».

Сам В.О. Ключевский также связывал наступление политической нестабильности после смерти Петра I с «самовластьем»последнего, решившегося, в частности, поломать традиционный порядок престолонаследия (когда престол переходил по прямой мужской нисходящей линии) - уставом от 5 февраля 1722 г. самодержцу было предоставлено право самому назначать себе преемника по собственному желанию. «Редко самовластие наказывало себя так жестоко, как в лице Петра этим законом 5 февраля», - заключал Ключевский. Петр I не успел назначить себе наследника, престол, по словам Ключевского, оказался отданным «на волю случая и стал его игрушкой»: не закон определял, кому сидеть на престоле, а гвардия, являвшаяся в тот период «господствующей силой».

В литературе преобладают рассуждения о «ничтожности»преемников Петра I. «Приемниками Петра I, царствовавшими до 1762 г. - пишет, например, Н.П. Ерошкин, автор учебника по истории государственных учреждений дореволюционной России, - оказались слабовольные и малообразованные люди, проявлявшие подчас больше заботы о личных удовольствиях, чем о делах государства». В последнее время, однако, наблюдается определенный пересмотр оценок, позволивший прийти к выводу о том, что во второй четверти XVIII в. наблюдается не ослабление, а, напротив, усиление абсолютизма. Так, историк Д.Н. Шанский утверждает: «абсолютизм как система в эти годы неуклонно укреплялся и приобретал большую зрелость по сравнению с предшествующим периодом». Сам термин «эпоха» дворцовых переворотов, по мнению Шанского, должен быть отвергнут, поскольку он не отражает основной сущности рассматриваемого периода, главных тенденций развития государства.

При всем том борьба за престол и вокруг престола, безусловно, сильнейшим образом влияла на ситуацию в стране.

Первый переворот – это воцарение Екатерины I. Образование этих партий было неизбежно. С одной стороны, постепенно концентрировались элементы, враждебные преобразованиям I четв. XVIII века, недовольные властью, окружением царя, с другой - внезапно потерявшие опору сподвижники Петра, люди, которых создало бурное время. Размежевание шло по вопросу о престолонаследии. Из претендентов на трон по мужской линии был лишь один внук Петра I, сын царевича Алексея — Петр Алексеевич (будущий Петр II). По женской линии наибольшие шансы имела последняя супруга Петра, Екатерина Алексеевна Скавронская. Несмотря на последствия интриги с братом Анны Монс, жена покойного царя сохранила свое влияние и вес как коронованная супруга государя.

Немало способствовал неясности общей обстановки и указ 5 февраля 1722 г., отменивший старые порядки престолонаследия и утвердивший в закон личную волю завещателя. Вечно враждовавшие между собой деятели петровской эпохи на время сплотились вокруг кандидатуры Екатерины (А. Д. Меншиков, П.И. Ягужинский, П.А. Толстой, А.В. Макаров, Ф. Прокопович, И.И. Бутурлин и др.). Вокруг внука группировались главным образом представители родовитой феодальной аристократии, теперь уже немногочисленные боярские фамилии. Среди них ведущую роль играли Голицыны и Долгорукие, к ним примыкали и некоторые соратники Петра I (фельдмаршал князь Б.П. Шереметев, фельдмаршал Никита Репнин и др.). Усилия А.Д. Меншикова и П.А. Толстого в пользу Екатерины были поддержаны гвардией.

Лейб-гвардия - Семеновский и Преображенский полки - в этот период представляла собой наиболее привилегированную и щедро оплачиваемую прослойку армии. Оба полка были сформированы преимущественно из дворян. В частности, при Петре I в лейб-регименте среди рядовых одних лишь князей было до 300 человек. Вооруженное дворянство при императорском дворе было важным орудием в борьбе придворных группировок.

Царствование Анны Иоановны (1730-1740 гг.) обычно оценивается как некое безвременье; сама императрица характеризуется как ограниченная, необразованная, мало интересующаяся государственными делами женщина, которая не доверяла русским, а потому понавезла из Митавы и из разных «немецких углов» кучу иноземцев. «Немцы посыпались в Россию, точно сор из дырявого мешка - облепили двор, обсели престол, забирались на все доходные места в управлении»- писал Ключевский.

Анна Иоановна, хотя и была одарена чувствительным сердцем и умом, твердой воли не имела, а поэтому легко мирилась с той первенствующей ролью, которую играл ее любимец Э. Бирон при дворе и управлении. Но все-таки, говорить о заметном увеличении числа иностранцев на русской службе в 30-х годах 18 века нет оснований. Историку Т.В.Черниковой удалось доказать, что русских дворян беспокоило не «засилье иностранцев», а усиление при Анне Иоановне бесконтрольной власти иноземных и русских сильных персон, олигархические притязания части знати. В центре борьбы, которая шла внутри дворянского сословия, стоял, следовательно, не национальный, а политический вопрос. Версия об «иноземном засилье», как заключает Черникова, родилась в 40-90-х годах 18 века, в связи с конъюнктурными соображениями правивших тогда монархов, вынужденных хоть как-то оправдать свой захват трона.

Традиционно в исторической литературе утверждается, что переворот 1741 г. носил «патриотический», «антинемецкий» характер и был кульминацией борьбы русского дворянства против «иноземного засилия» в стране. На деле участвовавших в заговоре гвардейцев вдохновляла идея восстановления в России сильной самодержавной власти, пошатнувшейся при императоре-младенце. Стоит указать на активную роль в подготовке переворота «иноземцев» Иоганна Лестока и французского посла Ж. Шетарди.

Важно и то, что при Елизавете в составе правящей верхушки государственного аппарата не произошло кардинальных перемен - были удалены лишь наиболее одиозные фигуры. Так, канцлером Елизавета назначила А.П. Бестужева-Рюмина, бывшего в свое время правой рукой и креатурой Бирона. В число высших елизаветинских сановников входили также брат А.П. Бестужева-Рюмина и Н. Ю. Трубецкой, являвшийся к 1740 г. генерал-прокурором Сената. Наблюдавшаяся определенная преемственность высшего круга лиц, фактически осуществлявших контроль за узловыми вопросами внешней и внутренней политики, свидетельствовала о преемственности самой этой политики.

Дворцовые перевороты - это особый вид путча (если смотреть на них «с высоты прожитых лет»), где все келейно, когда императора, например, душат во время дружеского застолья, как Петра Третьего. Это распри внутри одного круга людей, одного социального круга, довольно узкого и близкого к императору. Это борьба клик придворных, это переворот, который не затрагивает страну. Гораздо шире, в этом смысле восстание декабристов, потому что здесь вовлечены не только гвардия, но и армейские полки, и очень широкий круг на севере, на юге.

Еще дореволюционный историк В.А.Мякотин разработал концепцию этого периода. Суть ее сводилась к тому, что 1) широкие народные массы в дворцовых переворотах участия не принимали; 2) в это время происходило неуклонное усиление экономической и политической роли дворянства; 3) причины переворотов и проистекали из укрепившихся позиций дворян. Пережив экстремизм социал-демократической историографии пред- и послереволюционных лет, эта концепция в несколько видоизмененном виде вошла и в советскую историческую литературу.

Период дворцовых переворотов завершается свержением Петра III и воцарением Екатерины II. Причины дворцовых переворотов ученые-историки усматривают в указе Петра I «об изменении порядка престолонаследия», в столкновении корпоративных интересов различных групп дворянства. Движущей силой переворотов стала гвардия. Дворцовые перевороты не преследовали цели радикальных изменений политического устройства, происходил лишь переход власти от одной группы дворян к другой. Следствием дворцовых переворотов становится усиление политической и экономической роли дворянства.

Таким образом, причины, обусловившие эту эпоху переворотов и временщиков, коренились, с одной стороны, в состоянии царской семьи, а с другой – в особенностях той среды, которая управляла делами.

Социальная сущность дворцовых переворотов

А.Л.Янов, описывая вакханалию дворцовых переворотов после смерти Анны Иоанновны, отмечает: «Во всём этом безумии была, однако, система. Ибо… петербургские гренадёры или лейб-гвардейцы, как и вся стоявшая за ними петровская служебная элита, ставили себе целью вовсе не воцарение очередной «полковницы», но отмену обязательной службы (при сохранении при этом всех привилегий и имущества). Другими словами, возвращения утраченного в очередной раз аристократического статуса (для «петровской элиты», наверное, дело всё-таки заключалось вовсе не в возвращении указанного статуса, а лишь в его приобретении). Они не успокоились, покуда не добились своего. И едва додумалась до истинной причины всей этой необыкновенной политической сумятицы единственная среди плеяды русских императриц политически грамотная женщина Софья Ангальт-Цербстская, больше известная под именем Екатерины Великой, как тотчас улеглись страсти и вчерашний произвол сменился упорядоченностью».

К сожалению, сам Янов этот вполне интернациональный процесс толкует как специфически российский, как «исконные российские образцы формирования элиты» (и как свидетельство якобы тяготения России к Европе с её родовитостью и независимостью положения аристократии от воли центра). Однако данный процесс протекал повсеместно, во всех бюрократических обществах, хотя и в разных формах, обусловливаемых уже цивилизационными особенностями указанных обществ и прочими, преимущественно политическими, обстоятельствами.

Дворцовые перевороты не влекли за собой изменений политической, а тем более социальной системы общества и сводились к борьбе за власть различных дворянских группировок, преследовавших свои, чаще всего корыстные интересы. В то же время, конкретная политика каждого из шести монархов имела свои особенности, иногда важные для страны. В целом социально-экономическая стабилизация и внешнеполитические успехи, достигнутые в эпоху правления Елизаветы, создавали условия для более ускоренного развития и новым прорывам во внешней политике, которые произойдут при Екатерине II.

По мнению Ключевского, петербургская гвардейская казарма явилась соперницей Сената и Верховного тайного совета, преемницей московского земского собора. Это участие гвардейских полков в решении вопроса о престоле имело очень важные политические последствия; прежде всего оно оказало сильное действие на политическое настроение самой гвардии. Сначала послушное орудие в руках своих вожаков, Меншикова, Бутурлина, она потом хотела быть самостоятельной двигательницей событий, вмешивалась в политику по собственному почину; дворцовые перевороты стали для нее приготовительной политической школой. Но тогдашняя гвардия не была только привилегированной частью русского войска, оторванной от общества: она имела влиятельное общественное значение, была представительницей целого сословия, из среды которого почти исключительно комплектовалась. В гвардии служил цвет того сословия, слои которого, прежде разобщенные, при Петре I объединились под общим названием дворянства или шляхетства, и по законам Петра она была обязательной военной школой для этого сословия. Политические вкусы и притязания, усвоенные гвардией благодаря участию в дворцовых делах, не оставались в стенах петербургских казарм, но распространялись оттуда по всем дворянским углам, городским и деревенским. Эту политическую связь гвардии с сословием, стоявшим во главе русского общества, и опасные последствия, какие отсюда могли произойти, живо чувствовали властные петербургские дельцы того времени.

Поэтому одновременно с дворцовыми переворотами и под их очевидным влиянием и в настроении дворянства обнаруживаются две важные перемены: 1) благодаря политической роли, какая ходом придворных дел была навязана гвардии и так охотно ею разучена, среди дворянства установился такой притязательный взгляд на свое значение в государстве, какого у него не было заметно прежде; 2) при содействии этого взгляда и обстоятельств, его установивших, изменялись и положение дворянства в государстве, и его отношения к другим классам общества.

Основной момент и в том, что дворянство жаждало этих переворотов. В рядовом дворянстве, беспощадно выгоняемом из захолустных усадеб в полки и школы, мысль изощрялась на изобретении способов, как бы отбыть от науки и службы, в верхних же слоях, особенно в правительственной среде, умы усиленно работали над более возвышенными предметами. Здесь еще уцелели остатки старой боярской знати, образовавшие довольно тесный кружок немногих фамилий. Из общего политического возбуждения здесь выработалась своего рода политическая программа, сложился довольно определенный взгляд на порядок, какой должен быть установлен в государстве.

В условиях политической, правовой и экономической несвободы всего российского общества, в том числе и высших его кругов (следует помнить, что знаменитый указ о вольности дворянства был принят лишь в 1761 г.), проблема ограничения власти монарха, то есть создания конституционной монархии, приобретает, казалось бы, своих сторонников во всех сферах российского общества. Думается, что первым из самодержцев это хорошо осознал Петр I. Создание им Сената есть не что иное, как начало работы по созданию основ конституционного строя. Как ни парадоксально это звучит, но Россию следует считать единственным государством, где данный процесс происходил не под революционным натиском, а являлся весьма обдуманным и нужным для государства и общества шагом со стороны и по инициативе самого монарха.

Этот процесс пережил своего зачинателя. С созданием Вер-ховного Тайного Совета и ограничения компетенции Сената лишь вопросами высшей судебной юрисдикции в России довольно отчетливо вырисовываются контуры разделения властей, что, на наш взгляд, неоспоримо является одним из важнейших признаков контитуционализма. Этому процессу сопутствовали бы и предпо-лагаемые разделы высшей государственной власти между монархом и Верховным Тайным Советом.

Современник и участник тех событий Ф.Прокопович в своих воспоминаниях описывает события и политические настроения тех лет: «Многие говорили, что скипетр никому иному не надлежит, кроме ее величеству государыне, как и самою вещие и ее есть, по сим совершившейся недавно ее величества коронации. Немцы же рассуждать почали, подает ли право такое коронация, когда и в прочих народах царицы коронуются, а для того наследницами не бывают?»

Данные рассуждения о престолонаследии звучали на стихийных совещаниях высших кругов российского общества. Их участники были не правомочны решать вопрос о престолонаследии. Правомочен был решить этот вопрос Сенат. Об его историческом заседании хорошо написал В.О.Ключевский: «Пока сенаторы совещались во дворце по вопросу о престолонаследии, в углу залы совещания как-то появились офицеры гвардии, неизвестно кем сюда призванные. Они не принимали прямого участия в прениях сенаторов, но, подобно хору в античной драме, с резкой откровенностью высказывали об них свое суждение, грозя разбить головы старым боярам, которые будут противиться воцарению Екатерины».

Гвардию, и это явствует из последующих событий, привлекли Меншиков и Бутурлин. Ее появление как в стенах Сената, так и за его стенами явилось веским аргументом в решении вопроса о престолонаследии. Не исключено, что угроза применения военной силы, которая, образно говоря, витала в воздухе, повлияла и на мнение представителей бывших боярских родов в Сенате. И все же главным аргументом, на наш взгляд, явился сформировавшийся в общественном сознании новый правовой образ монархии, согласно которому фактически прекращалась практика избрания царя на Земском соборе. Согласно принятому законодательству, император сам был волен объявить наследника престола. Естественно, что в своем выборе он был ограничен рамками правящего дома, негласное предпочтение наследникам-мужчинам все же существовало.

Верховный Тайный Совет фактически правил страной в годы царствования Елизаветы I и после воцарения Петра II. Это был первый коллегиальный орган управления, хотя в целом и лишенный внутреннего регламента. Он находился в каком-то промежуточном состоянии, то ли копируя царя-самодержца, то ли Боярскую думу. Но, в любом случае, это был новый орган власти. Многие процедурные вопросы его деятельности, как вопросы и других аналогичных органов власти, выкристаллизовывались годами, а то и десятилетиями, когда складывалась определенная традиция в их деятельности. Естественно, что большое значение на деятельность Верховного Тайного Совета накладывала одна доминантная личность. Принято считать, что в первые два года это был светлейший князь Александр Меншиков (1673-1729 гг., генералиссимус. В 1718-1724 гг. и 1726-1727 гг. - президент Военной коллегии), в оставшиеся три года - князь Дмитрий Голицын (1665-1737 гг., составитель «кондиций». В 1736 году обвинен и осужден за участие в заговоре).

«Верховники» отклонили кандидатуру дочери Петра I Елиза-веты как незаконнорожденной на том лишь основании, что она была рождена до официального брака родителей, и решили пригласить Анну Иоановну, справедливо полагая, что с ней легче будет договориться на предмет разграничения властных полномочий. Данный факт проходил мимо зрения многих историков. Между тем - это очень важная деталь. По сути дела «кондиции» представляли собой воплощение на практике договорных начал в обустройстве высшего органа государственной власти. Совершенно прав был В.Кобрин, считавший, что выборы монарха – «своего рода договор между подданными и государем, а значит, шаг к правовому государству». Думается, что не имеет значения, где избирали царя - на Боярской думе, Земском соборе или на Верховном Тайном Совете. Другое дело, что с позиции сегодняшнего дня спонтанные выборы, четко не регламентированные специальным законом о порядке их проведения, конечно же, свидетельствуют лишь о самом зачаточном состоянии правового государства. И все-таки они были и, по нашему мнению, являются веским подтверждением существования правовых традиций российской государственности.

Верховный Тайный Совет в случае успеха планов «верховников» замыкал на себе верховную власть в стране, превратив императрицу в носителя чисто представительных функций. С правовой точки зрения здесь напрашивается аналогия с государственными принципами британской монархии. Однако остается неясным вопрос, смогли ли бы прижиться на российской государственной почве эти нововведения и не превратилась ли политико-правовая жизнь в России в подобие польской, где всевластие магнатов, включая выборы короля, значительно ослабили вертикаль власти. Понимали ли это в высших кругах русские общества? Очевидно понимали, и веским основанием этому, на наш взгляд, служит проект князя А.Черкасского о государственном устройстве России, разработанный в начале февраля 1730 г. В его основу была положена концепция сподвижника Петра I, русского историка В.Татищева. По своей сути это была альтернатива планам «верховников».

Как бы там ни было, а результатом Петровских преобразований, проходивших в условиях ликвидации остатков и зачатков сословно-представительной демократии, подавления демократии казачьего круга и выжимания сока из народа стала великая военная держава, выплавлявшая больше стали отличного качества, чем передовая Англия.

Но с течением времени властвующему классу, которого азиатский способ производства тоже заставляет трудиться в поте лица, надоедает лезть из кожи, и когда основные задачи были выполнены, а кнут выпал из рук реформатора, «верха» занялись устройством собственных дел. Наступило время застоя, при всей внешней динамичности «эпохи дворцовых переворотов». По инерции работали заводы, посылались экспедиции, маршировали полки, но понемногу всё приходило в упадок. Впрочем, инерция была столь велика, что отдала в руки России Кенигсберг, и сам великий Кант принёс присягу на верность Российской короне.

Кризис пытается разрешить Петр III, агент Пруссии и верный «брат» своего руководителя по масонской ложе Фридриха II. Эта фигура совмещает в одном лице и Бориса Годунова, и Гришку Отрепьева. Россия, несмотря на «застой», слишком сильна, что бы кто-то мог решиться на интервенцию, но, действуя через свою агентуру, Запад добивается многого - ослаблена армия, сданы результаты завоеваний Елизаветинских полков. Российские солдаты идут покорно проливать кровь за германские интересы, против своего недавнего союзника - Дании. Унижается и оскорбляется национальное чувство русского человека.

Долго это продолжаться не может и Петра устраняют в результате дворцового переворота. Однако руками этого ничтожного человека история сотворила великое дело - был принят указ «О вольностях дворянских» (роль этого указа уже была рассмотрена выше). Казалось бы - это шаг назад, к реставрации феодализма. Дворянин освобождается от подчинённости государству, от обязательности службы и становится вольным барином, господином в своём поместье. Но не будем принимать форму за содержание. Российский помещик вовсе не феодал и его поместье - не феодальное владение, а нормальная полнокровная частная собственность. Он - не управитель земли, а собственник, действующий в условиях капиталистического рынка, точно так же как действовали в условиях рынка рабовладельцы-плантаторы Америки. Ну, правда, у них на рынке было поменьше ограничений.

examination/history/question24.txt · Последние изменения: 2014/01/15 12:19 (внешнее изменение)